Ей было всего 4 с половиной года, когда началась Великая Отечественная война. Всего 4, с половиной... Из того рокового периода в жизни нашей страны она не может рассказать много: чего-то не знает в силу своего совсем юного возраста на тот момент, что-то не сохранила память, а о чем-то просто не хочется говорить.
«Особо разговоров на эту тему после войны старались не вести. Тяжело было», — признается Тамара Ахмадеева, которая стала очередной героиней рубрики «Легендарное поколение».
Напомним, на страницах «Новой Камы» в преддверии 9 Мая мы публикуем воспоминания участников и очевидцев тех страшных событий. Герои рубрики — это ветераны Великой Отечественной войны и труженики тыла. А сегодня — «дитя войны» Тамара Васильевна Ахмадеева и ее украденное детство.
Глядя на эту активную, творческую и очень оптимистичную женщину и не подумаешь, что в ее жизни были мрачные страницы. Жила героиня публикации в селе Тарловка Тукаевского района. Тамара — единственная дочка у своих родителей. Во время войны — папа на фронте, мама — санитарка в госпитале.
‒ Начало войны я, конечно, не помню. Я родилась 2 декабря 1936-ого года. Вот и судите сами: сколько мне лет было. Расскажу только, что помню о том времени. В войну мы жили с мамой в Тарловке. Но на месте этого села был санаторий с таким же названием. А во время войны здесь находился госпиталь для раненых. Из того, что запомнила отчетливо — это большую комнату, в которой мы жили с мамой не одни. Было очень много детей. Я потом уже, спустя годы, догадалась, что это были эвакуированные. Их было очень много, — делится своими воспоминаниями «дитя войны» Тамара Ахмадеева.
Этот фрагмент про совместное проживание с эвакуированными семьями моя героиня рассказывает с трепетом. А вот во время следующего эпизода Тамара Васильевна уже не может сдержать слез. Причем, даже еще не начав свой рассказ, я уже почувствовала, что у героини ком в горле. Так оно и оказалось...
‒ Помню, хлеба давали во-о-о-от такусенький кусочек (показывает пол ладошки и плачет, — прим. ЛД). И вот, когда родители приносили нам этот хлеб, мы, дети, делили его на две части. Как сейчас помню, делили на две половинки со словами: «Вот этот кусочек маме, а вот сами съедим». Понятное дело, свой кусочек мы все съедали моментально, очень быстро. А что вы хотели? Малюсенький ведь кусочек, а нам всем по 4 — 5 лет. Потом принимались за «мамин» хлебушек. Сперва поглядывали на него. А затем подбегали к нему и пощипывали. Каждый из нас думал: «Немножечко только отщипну, ну еще немножечко, и еще немножечко»... Так, сами того не замечая, съедали и «мамину» долю... А мамы приходили с работы и не ругали нас за это. Только плакали. Вот это тоже хорошо помню. Но тогда я не понимала, почему наши мамы, глядя на нас, плачут.... — со слезами на глазах рассказывает Тамара Васильевна.
А еще детская память Тамары Ахмадевой хранит не только то, как плакали мамы, глядя на прозрачных от голода ребятишек, но и то, как они пили чай, а потом пели песни. «Вот эту передышку с песнями я очень хорошо запомнила», — говорит «дитя войны». И добавляет: «Правда, это было совсем недолго, потому что мамы потом вставали и снова уходили на работу. А мы, дети, снова оставались одни».
‒ Никаких старших над нами или наставников у нас не было. Мы играли друг с другом, но во что — не помню. Возможно, в тряпичные куклы, — делится Тамара Васильевна.
Мама Тамары Васильевны — Анна Никифоровна Савина работала санитаркой в госпитале. «Дитя войны» помнит, что жили на втором этаже, а вот на первом этаже госпиталя всегда было много мертвых. Умирали каждый день.
— Видимо, там был морг, — предполагает героиня материала.
Во время войны, в 1943 году юная Тамара пошла в первый класс. Как говорит — это сейчас 1 сентября праздник так праздник: с цветами, нарядными школьниками и тому подобное, а в годы войны никакого торжества не было.
‒ Абсолютно не помню воодушевления от того, что я пошла в школу. Ни формы красивой, ни обуви путной. Помню только то, что писали мы на газетных страницах, между напечатанных строк. Тетрадок-то не было«, — рассказывает Тамара Ахмадеева.
— 9 Мая помню очень хорошо. Моя мама, ей было 43 года на тот момент, бежит в красивом голубом платье. На ходу снимает платок с головы и, размахивая им, на всё село, ликуя, кричит: «Победа! Победа! Победа!». Вот это я очень хорошо запомнила. Все из домов повыскакивали, на улице все обнимались, целовались!!! Такая радость была, — вспоминает елабужанка.
Помнит моя героиня и свое послевоенное детство. «Радости того времени современным детям не понять», — сокрушается Тамара Васильевна. А для нее эти «радости» особенные. Вот, например, первый послевоенный праздник «Новый год» у школьницы Томы Савиной до сих пор самый незабываемый в жизни.
− Это сейчас в подарки кладут все, что угодно. А тогда я несла домой кулек, в котором лежали две мягкие, белые булочки. Это была такая радость, что я просто не могу описать. Я не могу объяснить, как трепетно я их несла, как прижимала этот кулек. Пришла домой и с порога говорю маме: «Смотри — какие булочки! Одна булочка тебе, другая — мне». А мама заплакала и сказала: «Ешь, дочка, обе сама».
Послевоенное время тоже не из легких. Но, благодаря трудолюбию и старанию, выжили. К примеру, Тамара Васильевна помнит, как вся детвора ходила в лес по ягоды. Говорит, каких только ягод не было: земляники, черники, малины! Даже шутит, мол, сейчас людей больше, чем ягод. А после войны было наоборот. Вспоминает Тамара Васильевна один эпизод, связанный с ягодами. После войны жила моя героиня со своей мамой в двухквартирном доме: в одной половине их семья, а в другой половине — семья врачей.
− У них питание получше нашего было. Мама как-то говорит мне: «Угости ягодами наших соседей. Они тебе хлебушка дадут. А они меня в ответ шоколадкой угощают. Но я вместо того чтобы обрадоваться, возвращалась заплаканная, мол, лучше бы они хлеба дали. Не хочу я шоколадку!» — возмущалась я.
Я слушала все эти трогательные истории и воспоминания, при этом вглядываясь в лицо моей героини, в уголки ее глаз. Пыталась понять: «Как она смогла сохранить такое отношение к жизни: ведь здесь и оптимизм, и позитивный настрой, и некая лиричность, несмотря на детство, украденное войной. Более того, Тамара Васильевна всю жизнь сама как „моторчик“ с подзарядкой. Она закончила Елабужское училище культуры по специальности организатор-методист клубной работы. И, как говорится в таких случаях, ни разу не изменила своему профессиональному выбору: пионервожатая — заведующая клубом — председатель профкома. На стариковскую жизнь не жалуется. Напротив, еще и других вдохновляет активничать. К примеру, в настоящее время 87-летняя Тамара Васильевна входит в актив Совета ветеранов ЕМР. К тому же взяла под свое крыло еще и неорганизованных пенсионеров своего микрорайона. Их у нее 300 человек. Это, во-первых. Во-вторых, есть у нее увлечение — вяжет она по вечерам. Ну и, в-третьих, поет в вокальном ансамбле „Добрый вечер“ при доме культуры „Колос“. Да еще как поет! Она и мне спела. Одну из своих любимых песен: Вальс фронтовой медсестры».
«Легкий школьный вальс тоже был у нас...
У него судьба была такая...
Помню, как сейчас, наш 10 класс
Закружила вьюга фронтовая»...
Конечно же, моя героиня любит свою семью. У Тамары Васильевны есть сын Андрей, внучка Анечка, правнук Петруша и родной человек «бабайка», муж Наиль Саидович, с которым душа в душу почти полвека. О каждом из них отзывается исключительно с теплотой.
Участница Всероссийской акции «Моё детство — война», дважды победительница городского конкурса «Супер — бабушка», активная, деятельная с невероятным источником энергии, она не раз была отмечена Благодарственными письмами за подписью разных глав района. О широте ее души говорят многочисленные благодарности и фотографии с концертов. Бережно хранит каждое письмо и фото. А вот детских карточек у Томочки Савиной нет. Ни одной, к сожалению. Война...
Что же касается любимых праздников, то признается, что, «конечно же, это День Победы», на котором она каждый год исполняет свои любимые патриотические песни «со слезами на глазах»...
Нет комментариев