Этот сверхактивный мальчишка ни минуты не мог сидеть спокойно. То его видели висящим на заборе, то верхом на одной из многочисленных овечек, а то и вовсе в компании целой своры собак, которым он отдавал одну команду за другой, проделывая с ними все придуманные им трюки.
Мальцу, понятно, доставалось от родителей за проделки, но с него все как с гуся вода. Даже за столом не мог посидеть спокойно: схватит что-нибудь – и опять на улицу! «Шкода, да и только, – вздыхала мать. – Как такого в школе терпеть будут? Скоро в первый класс идти, а на нем все как на огне горит, весь в синяках да ссадинах…»
В первые дни учебы пацаненок немного приутих, на уроках выполнял все задания учительницы, давая выход неуемной энергии лишь в перемены, когда почти весь класс ходуном ходил, следуя его примеру. Пообвыкнув, мальчишка стал позволять себе кое-что безобидное и во время уроков – мог без разрешения встать, что-то сказать в ответ на замечание учительницы, которая мирилась с выходками мальчика, старалась не замечать их. Благо, Коля не был двоечником, учился посредственно, быстро научился писать и читать, бойко отвечал на заданные по теме вопросы.
Словом, все было бы хорошо, не приди в третий класс другая учительница, недавняя выпускница педагогического училища, проработавшая где-то всего с год. Марина сергеевна, приглядевшись к ребятишкам, вскоре заявила:
– Этот Ёлкин мешает мне вести уроки, отвлекает весь класс. К тому же, знания у него слабенькие. Прошу педсовет рассмотреть вопрос о направлении его в спецшколу, обычную он закончить не сможет, ума не хватит.
Коллеги пытались было возразить (подобного в их школе еще не было), предлагали проводить с озорником дополнительные занятия, прикрепить к нему девочку-отличницу. Однако Марина Сергеевна на попятную не пошла, добилась-таки, чтобы паренька отправили в Семиозерку, где и была школа для так называемых слабоумных детей. Родителям пришлось согласиться с таким решением, хотя отправлять сына за сто верст от дома ой как не хотелось.
Прошли годы. Та учительница вместе с мужем уехала в соседнюю республику, где и закончился ее педагогический опыт, поскольку своих детей она не любила и учить их толком не могла. Довольствовалась работой в гардеробе при местной больнице. Тихо, спокойно, а зарплата мало отличалась от учительской.
Сын ее вырос не самым толковым малым, а вскоре и вовсе «подружился» с наркотиками. Муж, никогда не любивший Марину Сергеевну (женился по велению властной матери, заявившей: «Учительница все-таки, бригадир не будет по утрам в окошко стучать, а зарплата на столе каждый месяц!»), прожил недолго.
Николай, получив образование, стал довольно успешным человеком, поскольку руки у него оказались золотыми, да и сердце, как выяснилось, – тоже. Приехав как-то в родные края, он поинтересовался о судьбе своей учительницы, узнал ее адрес, и…
– Скажите, пожалуйста, а где Марина Сергеевна? – спросил он соседей, не застав ее дома.
– А вы, молодой человек, пройдите на рынок, она там семечками торгует. Пенсия-то мала, да и ту всю сыночек-наркоман отбирает. Еле-еле концы с концами сводит, в нищете, считай, живет. А вы кем ей будете?
– Ученик ее.
– Так неужто она учительницей была?
– Давно когда-то, и совсем недолго. Однако меня успела «выучить».
В старушке в заношенной кофте (похоже, с чужого плеча) Коля не сразу узнал Марину Сергеевну. Она тоже удивилась, когда к ней подошел респектабельный мужчина с букетом роскошных цветов и коробкой (дорогущая!) конфет.
– Не помните меня? Я – Ёлкин. В командировке в ваших местах, решил навестить, да дома не застал, – широко улыбаясь, сказал он. – Это вам, Марина Сергеевна. А еще привет привез из Красновидова. Возьмите и это, купите себе что-нибудь из одежды или… еды.
Еще не раз навещал «непутевый» ученик свою учительницу, всегда одаривая не просто гостинцами, но и деньгами. И радовался, видя на ней т о новенькое пальтишко, то добротные сапожки вместо совсем развалившихся.
– Коля, неужели ты простил ее? Это ведь она упекла тебя в спецшколу, хотя в этом не было никакой необходимости, просто хотела избавиться от беспокойного ученика, – удивились в его семье, когда узнали о «командировке» в Йошкар-Олу.
– Я поначалу просто хотел показаться, сказать, что не пропал в этой жизни. А потом мне стало жалко ее, очень жалко. Опять съезжу туда на днях. На этот раз – с семьей.
Подписывайтесь на наш Дзен-канал
Нет комментариев