Новая Кама

"Непутевый ученик" через 20 лет разыскал учительницу, которая упекла его спецшколу. Вот, что он сделал

Этот сверхактивный мальчишка ни минуты не мог сидеть спокойно. То его видели висящим на заборе, то верхом на одной из многочисленных овечек, а то и вовсе в компании целой своры собак, которым он отдавал одну команду за другой, проделывая с ними все придуманные им трюки.

Мальцу, понятно, доставалось от родителей за проделки, но с него все как с гуся вода. Даже за столом не мог посидеть спокойно: схватит что-нибудь – и опять на улицу! «Шкода, да и только, – вздыхала мать. – Как такого в школе терпеть будут? Скоро в первый класс идти, а на нем все как на огне горит, весь в синяках да ссадинах…»
В первые дни учебы пацаненок немного приутих, на уроках выполнял все задания учительницы, давая выход неуемной энергии лишь в перемены, когда почти весь класс ходуном ходил, следуя его примеру. Пообвыкнув, мальчишка стал позволять себе кое-что безобидное и во время уроков – мог без разрешения встать, что-то сказать в ответ на замечание учительницы, которая мирилась с выходками мальчика, старалась не замечать их. Благо, Коля не был двоечником, учился посредственно, быстро научился писать и читать, бойко отвечал на заданные по теме вопросы.
Словом, все было бы хорошо, не приди в третий класс другая учительница, недавняя выпускница педагогического училища, проработавшая где-то всего с год. Марина сергеевна, приглядевшись к ребятишкам, вскоре заявила:
– Этот Ёлкин мешает мне вести уроки, отвлекает весь класс. К тому же, знания у него слабенькие. Прошу педсовет рассмотреть вопрос о направлении его в спецшколу, обычную он закончить не сможет, ума не хватит.
Коллеги пытались было возразить (подобного в их школе еще не было), предлагали проводить с озорником дополнительные занятия, прикрепить к нему девочку-отличницу. Однако Марина Сергеевна на попятную не пошла, добилась-таки, чтобы паренька отправили в Семиозерку, где и была школа для так называемых слабоумных детей. Родителям пришлось согласиться с таким решением, хотя отправлять сына за сто верст от дома ой как не хотелось.
Прошли годы. Та учительница вместе с мужем уехала в соседнюю республику, где и закончился ее педагогический опыт, поскольку своих детей она не любила и учить их толком не могла. Довольствовалась работой в гардеробе при местной больнице. Тихо, спокойно, а зарплата мало отличалась от учительской. 
Сын ее вырос не самым толковым малым, а вскоре и вовсе «подружился» с наркотиками. Муж, никогда не любивший Марину Сергеевну (женился по велению властной матери, заявившей: «Учительница все-таки, бригадир не будет по утрам в окошко стучать, а зарплата на столе каждый месяц!»), прожил недолго.
Николай, получив образование, стал довольно успешным человеком, поскольку руки у него оказались золотыми, да и сердце, как выяснилось, – тоже. Приехав как-то в родные края, он поинтересовался о судьбе своей учительницы, узнал ее адрес, и…
– Скажите, пожалуйста, а где Марина Сергеевна? – спросил он соседей, не застав ее дома.
– А вы, молодой человек, пройдите на рынок, она там семечками торгует. Пенсия-то мала, да и ту всю сыночек-наркоман отбирает. Еле-еле концы с концами сводит, в нищете, считай, живет. А вы кем ей будете?
– Ученик ее.
– Так неужто она учительницей была?
– Давно когда-то, и совсем недолго. Однако меня успела «выучить».
В старушке в заношенной кофте (похоже, с чужого плеча) Коля не сразу узнал Марину Сергеевну. Она тоже удивилась, когда к ней подошел респектабельный мужчина с букетом роскошных цветов и коробкой (дорогущая!) конфет.
– Не помните меня? Я – Ёлкин. В командировке в ваших местах, решил навестить, да дома не застал, – широко улыбаясь, сказал он. – Это вам, Марина Сергеевна. А еще привет привез из Красновидова. Возьмите и это, купите себе что-нибудь из одежды или… еды.
Еще не раз навещал «непутевый» ученик свою учительницу, всегда одаривая не просто гостинцами, но и деньгами. И радовался, видя на ней т о новенькое пальтишко, то добротные сапожки вместо совсем развалившихся.
– Коля, неужели ты простил ее? Это ведь она упекла тебя в спецшколу, хотя в этом не было никакой необходимости, просто хотела избавиться от беспокойного ученика, – удивились в его семье, когда узнали о «командировке» в Йошкар-Олу.
– Я поначалу просто хотел показаться, сказать, что не пропал в этой жизни. А потом мне стало жалко ее, очень жалко. Опять съезжу туда на днях. На этот раз – с семьей.
 

Реклама
Нравится
Поделиться:
Реклама
Комментарии (0)
Осталось символов: